НОВОСТИ ДНЯ: Украинцы тратят на продукты меньше всех в Европе   В Госказначействе оценили вероятность дефолта  Reuters: ЕС закрывает проект модернизации границы Украины  "Нафтогаз" увеличил скидку на газ для промышленности  Украинцам разрешат получать зарплаты и пенсии в частных банках  Тренер «Ромы» считает, несмотря на мороз, его команда победит «Шахтер»   СМИ утверждают, что Мелания и Дональд Трамп готовятся к разводувсе новости дня
19.10.2017 2992

Мажоры на «Лексусах» и обычное право

В этой колонке немного поговорим об обычном праве и о том, почему оно лучше приказного «права», которое навязывает государство. Точнее, речь пойдет лишь об одном правовом моменте, который всегда всплывает в ходе дискуссий — об убийстве.

 

Возьмем свежий пример — девушка на «Лексусе» въехала в толпу народа, убила 6 человек и многих ранила. Давайте представим, что дело происходит в обществе, где нет государственного права и где действует обычное право в его самой простой версии. Что произойдет в такой ситуации? У убитых и покалеченных есть родственники и друзья, многие из которых, как говорится, пылают праведным гневом. Они жаждут мести. Это, кстати, происходит и в нашем, очень цивилизованном обществе, достаточно почитать фейсбучную ленту и убедиться в том, что примерно половина дописувачів страстно желает поучаствовать в суде Линча.
В общем, если такое случится в свободном обществе, то первое, что произойдет после этой трагедии  — это заявление адвокатов убийцы. Они побегут в суд и заявят, что убийца готова действовать по закону и выплатить компенсацию всем своим жертвам. Ибо если они этого не сделают, то начнется месть. Со своей стороны, кровавые мстители, узнав о готовности выплатить компенсацию сразу умеряют свой пыл. Почему? Да по той простой причине, что месть — оружие обоюдоострое. Сначала вы мстите, потом вам мстят, это не решение конфликта, это его (бесконечное) продолжение.

Я хочу обратить внимание на то обстоятельство, что именно убийца в обычном праве является инициатором судебного разбирательства. В целом, это относится не только к убийствам, но к большой группе правонарушений, фактически, за границами этого де-факто существующего правила остаются только преступники, для которых нарушение чужих прав собственности — это бизнес. Они, разумеется, в суд первыми не бегут, но с ними и разбираются немного иначе. Во всех остальных случаях нарушитель имеет все стимулы для того, чтобы первым заявить о готовности уладить конфликт.
Это принципиальное отличие обычного права от права необычного, в котором мы с вами процветаем, и, как видим, оно работает в пользу пострадавшего. Есть, как минимум, три причины того, почему так происходит. Во-первых, отсутствует «монополия на насилие» и каждый может вершить правосудие, как ему вздумается. Однако, - и это во-вторых, - издержки силового разрешения конфликта, как правило, выше, чем арбитражного. Кроме того, всегда есть риск, что силовое решение решением не является, а является лишь началом новой серии конфликтов и новой серии издержек. И, наконец, третья и самая главная причина — высокие издержки игнорирования того, что другие считают справедливым. Здесь мы подходим к тому, как и почему работает «обычное право», в любом случае, никакой дурацкий «обычай» не приводит его в действие, слово «обычай» вводит в заблуждение, тут работает другая механика. Тот факт, что государство сводится фактически к безнаказанности и является ни чем иным, как способом обходить издержки игнорирования того, что другие считают справедливым, лучше всего говорит о значении этого обстоятельства.

Следующий вопрос, о котором стоит сказать — это сумма компенсации. Если мы говорим о свободном обществе, значит мы говорим о рыночной экономике. Это означает, что сумма компенсации является ценой и устанавливается рынком. Здесь тоже есть очень важный момент, ибо рынок, как показывает опыт, устанавливает «цену крови» не просто высокой, а такой, которая не только заставляет задуматься о последствиях, но и гарантированно вынуждает прибегать к помощи третьих лиц для ее выплаты. Например, в Исландии «цена крови» составляла сумму, которую средний хуторянин мог заработать примерно за 12 лет. В результате, выплата компенсации ложится на микросообщества, обычно на семьи, трактуемые весьма широко (например, на всех родственников по мужской линии до третьего колена, как в Ирландии). В современных условиях это могут быть страховые компании, но так или иначе, живи мы «при обычном праве», за наши преступления расплачивались бы другие люди.
Это приводит к очевидным последствиям — контролю внутри «страховой группы» за опасными наклонностями друг друга. Поскольку никому не хочется платить за ошибки и шалости других, то «профилактика преступлений» и всяческая «воспитательная работа», о которой так мечтает государственная милиция, организуется сама собой безо всякого принуждения и подталкивания со стороны «органов». Например, девушкам не дарят тяжелые автомобили, вроде «Лексуса». А если дарят, то девушек учат водить эти автомобили. И, в целом, детей воспитывают, полагаясь на несколько другие, чем сегодня, ориентиры.

Кстати, так умиляющая многих строгость воспитания в аристократических семьях, все эти хорошие манеры, понятие чести и прочие манящие и недоступные современному человеку качества имеет причиной обстоятельства, о которых мы говорим. Законы существуют для простолюдинов, а аристократия живет в условиях анархии. Это означает, среди прочего, умение предупреждать конфликты, умение договариваться и принимать на себя ответственность.

И последнее. Слышу не просто отдельные выкрики, а стройный хор, поющий о «мажорах», «олигархах» и прочих, всемогущих и неподвластных никому людях, для которых закон не писан и прочее бла-бла-бла. Они, мол, откажутся платить, проигнорируют решение любого суда, отмажут, подкупят, запугают и т. п. Да, такое может быть. Точнее, такое повсеместно происходит. Только в государстве, а не в свободном обществе.
Олигархи и прочие мажоры существуют только там, где, как я говорил, существует система, позволяющая обходить издержки, которые ложатся на правонарушителей в обычном праве. В свободном обществе такой системы нет. Большее богатство означает лишь большие возможности (например, меньший ущерб при выплате компенсации), но оно совсем не означает вседозволенности. Только в государстве место в иерархии означает и большее богатство и большую вседозволенность, потому, что человек, занимающий его, получает возможность выступать от имени монопольного закона, точнее, он получает право быть законом (в разной степени, в зависимости от своего места). В свободном обществе нет никакой монополии и каждый может вершить правосудие. И потому законом здесь становится практика и сопутствующие ей правила, которые позволяют избегать конфликтов и разрешать их.
Я понимаю, что предыдущему абзацу мало кто поверит и у меня есть ответ на вопрос «но что же все-таки делать, если мажор и олигарх не хочет платить» и т. д. и т. п. Такой мажор и олигарх оказывается вне закона, со всеми вытекающими, но для тех, кто не верит в наступление вытекающих, есть другое решение — продать. Продать свои требования тем, кто сможет заставить мажора и олигарха заплатить. Всемогущих нет даже при государстве. В свободном обществе их тем более нет. Если вы чувствуете, что не осилите удовлетворение своих требований или это все вам в тягость или у вас есть еще какие-то причины, вы всегда можете продать свои требования тем, кто має час и натхнення.

В общем, живи мы в свободном обществе, о трагедии в Харькове говорили бы совсем по-другому. Говорили бы значительно меньше, без кровожадного пафоса и истерики. Говорили бы больше о жертвах, а не об убийце. Никого особенно не интересовали бы перипетии дела. О них можно было бы узнать разве что на сайте суда, в котором убийца сделал заявление. Там было бы сказано, что он внес залог, обязался не покидать место жительства в течение такого-то времени и что выплаты пострадавшим пройдут так-то и так-то. Но, повторю, это все рутина, которая не стоит внимания и которую никто бы не обсуждал, поскольку это все слишком очевидно и непонятно, как вообще может быть как-то по-другому.

Оценка материала:

4.50 / 16
Мажоры на «Лексусах» и обычное право 4.50 5 16
Колонки / Владимир Золотoрев
19.10.2017 2992
Еще колонки: Владимир Золотoрев
  • Что такое государство и откуда оно берется. Эффект Каплана Что такое государство и откуда оно берется. Эффект Каплана

    Брайен Каплан когда-то написал эссе «Почему я больше не австриец». В нем он объясняет, почему он больше не является сторонником австрийской экономической школы. Среди его сугубо теоретических аргументов были и лирические отступления, непосредственно относящиеся к теме нашей колонки. Каплан вспоминал, как он будучи студентом начитался коварного Ротбарда, который внушил юному неокрепшему уму, что государство это «фу» и государство — это «кака». Когда же Каплан повзрослел, он увидел, что государство — это не «фу» и не «кака», а добрые, отзывчивые люди, с усталыми глазами. Про глаза я, конечно, немного загнул, но суть претензии была примерно такова — Ротбард считает государство злом, но посмотрите на госслужащих и на госкомпании, они совсем не похожи не исчадия ада. Эти самые компании и служащие работают и приносят пользу, и потому, все совсем не так, как говорил Ротбард.

  • Что такое государство и откуда оно берется. Грандиозные успехи Что такое государство и откуда оно берется. Грандиозные успехи

    Итак, в течение каких-то трехсот лет государство изменилось до неузнаваемости. Реальный субъект - монарх был заменен «народом» - искусственным человеком Гоббса, фикцией, от имени которой осуществлялось теперь налогообложение того же самого «народа».

  • Что такое государство и откуда оно берется. Рождение Левиафана Что такое государство и откуда оно берется. Рождение Левиафана

    Интересно, что рост государства до Нового времени ограничился достижениями, которые мы назвали в предыдущей колонке. К ним можно добавить разве что присоединение новых территорий в результате военных завоеваний, традиционный для государства способ увеличения доходов.

  • Что такое государство и откуда оно берется. Первые шаги Что такое государство и откуда оно берется. Первые шаги

    В предыдущей заметке мы сказали о том, что государство в версии «медленной войны», то есть узаконенной для членов элиты агрессии, получило возможность эволюционировать. Сегодня мы вкратце рассмотрим первые этапы этой эволюции. Для примера возьмем государства Западной Европы, хотя бы потому, что их история достаточно хорошо известна и непосредственно касается нас самих.

  • Что такое государство и откуда оно берется? Медленная война Что такое государство и откуда оно берется? Медленная война

    Итак, после новогоднего перерыва мы возвращаемся к теме происхождения государства. Мы выяснили, что государство является прямым следствием войны, а сама война становится возможной потому, что страховые группы, обеспечивающие защиту от агрессии, имеют границы. Страховые группы защищают от агрессии «внутри», но не «снаружи».