НОВОСТИ ДНЯ: САП расследует 39 дел относительно "грязных денег" топ-чиновников  Постановление об отмене абонплаты за газ таки опубликовали  ФСБ через софт "Стахановец" могла качать данные из Украины – СБУ  В Европарламенте подтверждают, что безвиз для Украины будет с 11 июня  В метрополитене рассказали, как долг российской компании повлияет на пассажиров  В Минсоцполитики объяснили, как получить сэкономленную субсидию  Порошенко подписал закон о слиянии банковвсе новости дня
31.08.2016 107712

Просто арестуйте их всех

Начнем, пожалуй, с Терри Пратчетта. Вот отрывок из романа «Патриот». Диспозиция такова: армии двух враждующих государств — Анк-Морпорка и Клатча сошлись для решающего сражения. Перед началом сражения командующие противостоящими армиями обедают вместе в палатке посреди будущего поля битвы. И тут появляется командор Ваймс, начальник городской стражи (полиции) Анк-Морпорка со своими людьми. 

«—Ваймс, ты и в самом деле сошел с ума,— вмешался Ржав.— Подумать только, арестовать главнокомандующего армии!
— Кстати, господин Ваймс, полагаю, мы имеем на это полное право,— сказал Моркоу.— Можем арестовать его и всю его армию, вместе взятую. По обвинению в нарушении общественного порядка. Честно говоря, не вижу причин, почему бы нам это не сделать. Разве война не нарушение общественного порядка?»
После разного рода манипуляций Ваймс арестовывает обе армии.

“ —Что ж, мы все разоружены,— констатировал Ржав.— Все «под арестом». Что теперь, командор?
—Я обязан зачитать арестованным их права, сэр,— вставил Моркоу.
—О чем это ты?— не понял Ваймс.
—Всем, кого мы арестовали, сэр, надо зачитать их права.
—А! Ну да. Правильно. Зачитывай.
«О боги, я арестовал все поле битвы сразу,— подумал Ваймс.— Это невозможно. Но я это сделал. А в Ярде у нас всего только шесть камер, и то в одной из них мы держим уголь. Это абсолютно невозможно.»
«Мэм, вы узнаете в этих людях армию, которая напала на вашу страну?» — «Нет, офицер, те были повыше ростом...»
«Тогда, может быть, эти?» — «Гм, не уверена, пусть пройдутся туда-сюда...»

Признаюсь, вопрос, почему в мирное время за убийство наказывают, а в военное — нет, интересовал меня с самого детства. И только теперь, так сказать, на склоне лет, я могу ответить на него. Все дело в правах собственности. В «мирное время» в большинстве событий, связанных с убийством, отсутствует такая штука, как государство. То есть, речь обычно идет о покушении одного человека на права собственности на тело другого человека. Нарушивший это право должен возместить ущерб жертве или ее родственникам. Если вы будете защищаться от агрессора, покушающегося на вашу жизнь и собственность и во время защиты убьете нападавшего, то вы не являетесь преступником (я сейчас оставляю в стороне постоянные попытки государства лишить вас способности и права на самозащиту, это немного другая история). Итак, в целом, тот, кто нападает — виноват и тот, кто защищается может убить без последствий нападавшего.

В военное время ситуация остается точно такой же, только вместо людей выступает юридическая фикция в виде государства. Здесь нужно хотя бы два слова сказать о том, что это такое. Римское право открыло в свое время прием юридической фикции. Он широко применяется в праве и, вообще говоря, трудно представить себе право без фикции. Наиболее известным и значимым использованием этого приема является появление «юридических лиц» или корпораций. Юридическое лицо — это такая фикция, которая позволяет считать  организацию как бы живым человеком. Это дает возможность организации обращаться в суд, быть ответчиком в суде, брать в долг, давать кредиты и т. д. Государство тоже стало юридическим лицом. В римском праве государство в этой роли называется «фиск». Фиск - это плетеная корзинка, которую использовали для сбора налогов. Это, в общем, говорит нам все, что нужно знать о сути этой организации.

В Средние века о фиске забыли, государство было личной вотчиной монарха (хотя корпорации не только сохранились, но и процветали). Зато Средние века подарили идею суверена и суверенитета, то есть, фактически, собственника некой территории, который в силу этого факта обладает правом приказывать. Затем в Новое время в связи с кризисом монархий и модой на все римское снова вспомнили о фиске и объединив юридическое лицо и суверенитет (кторый теперь стал «народным»), государство окончательно превратилось в искусственного человека.

В общем, государства во взаимоотношениях друг с другом выступают в роли искусственных человеков, которые нападают или защищают свои искусственные «тела», на которые, у них тоже есть «право собственности». То есть, здесь все как у людей, только на уровне фикций.

Заметьте, что государства прекрасно понимают право, и все они в своих войнах пытаются представить дело так, будто бы они защищаются, а не нападают. Времена «иду на вы» давно канули в лету (если они вообще когда-либо существовали, у меня есть подозрения, что это выдумки историков), создание casus belli, то есть, фактически, ситуации, когда вы можете выглядеть защищающейся стороной — это отдельное и уважаемое искусство. То есть, здесь у нас та же история, что и в обычной человеческой жизни. Нападающий виноват, его можно убивать. Поэтому убийство на войне с точки зрения юридической фикции государства — не преступление, так как вы защищаете того, кто вами владеет - государство.

Собственно, пишу я это все для того, чтобы вернуться к старой теме вероятной войны между «либертарианским обществом» и агрессивным государственным соседом. Напомню, речь идет о том «как же вы будете защищаться без государства от агрессии государства»? Автор уже обращался к этой теме здесь и здесь.

Сейчас я хочу обратить внимание на один момент, который ранее был упущен, но кажется мне весьма важным. Чем отличается «либертарианское общество» от «государства» в рамках нашей темы? Правильно, отсутствием фиска - юридической фикции государства.. В этих условиях война для «либертарианского общества» является тем, чем она и является на самом деле — попыткой одних людей убить и ограбить других людей. Одни люди нападают, другие защищаются, те кто нападает — преступники, те, кто защищается - нет.

Вооруженные силы либертарианцев не являются вооруженными силами «вообще», которые охраняют «тело» некоего искусственного человека — собственника территории и вооруженных сил. Они являются либо добровольцами и территориальной обороной, которые охраняют сами себя и свое имущество, либо, лицами нанятыми непосредственно для охраны других физических и юридических лиц. Если мы вспомним схему со страховыми компаниями, то они нанимают армии для защиты своего имущества и имущества своих клиентов. Это конкретные договора и конкретные обязательства по ним.

То есть, война для «либертарианского общества» является отношениями между частными лицами, а более конкретно, - покушением на жизнь и собственность. Для этого права не существует юридической фикции «фиска». Это означает очень важные последствия о которых я хочу сказать. Во-первых, строго говоря, государство не может начать официальную войну против либертарианского общества, поскольку такая война — это взаимоотношение двух юридических фикций, в которой одна якобы «нападает», а другая якобы «защищается». В нашем случае с одной стороны фикция отсутствует, поэтому никакого «объявления войны», переговоров, перемирий, подписания мирных договоров и капитуляций здесь быть не может. Государство может начать военные действия, которые другой стороной (точнее, многочисленными сторонами) будут расцениваться, как агрессия одних физических лиц против других.

И куда более важным следствием такого состояния дел является то обстоятельство, что государство уже не сможет прекратить войну. Оно может прекратить военные действия, но — внимание! - это ничего не означает для «либертарианского общества». Для права все государственные военнослужащие, участвовавшие в войне против «либертарианского общества» являются преступниками, каждый из которых должен заплатить компенсацию за причиненный ущерб.

Мы живем в мире, где право якобы ограничено государственными границами, здесь заканчивается одно право, а за этим столбиком начинается другое. Отсюда все эти межгосударственные соглашения о «выдаче преступников» и тому подобное. Для либертарианского права (или лучше сказать, права в его натуральной форме) всего этого не существует. Первое, что сделают страховые компании «либертарианского общества» - это отправят приглашение явиться в суд каждому военному, участвующему в агрессии. Думаю, что списки личного состава частей противника будут весьма популярны у юристов. Иски будут предъявлять и частные лица и предприятия. Мало того, право на компенсацию можно продавать каким-нибудь отъявленным баунти-хантерам. Ну, а если убийца откажется платить, он будет объявлен вне закона (который, повторю, не признает «государственных границ», так как не признает юридическую фикцию фиска), что означает уже работу для наемных и ненаемных убийц.

Понятное дело, что в современной войне непросто определить кто кого убил и кто в чей дом попал снарядом, но я думаю, что это не такая уж большая юридическая проблема (особенно на фоне такого удивительного явления как «компенсация за моральный ущерб» в современном государственном праве). Появится школа «военного права», которая будет искать удовлетворительные ответы на эти вопросы. Думаю, например, будут дискутировать по поводу того, считать ли рабство (то есть, службу в государственной армии по призыву) смягчающим или отягчающим обстоятельством.

В любом случае, если вы солдат государственной армии, то для вас по окончании боевых действий проблемы только начинаются. Вас будут искать, требовать деньги или потихоньку убивать в подворотне. Что-то подсказывает мне, что это простое обстоятельство будет создавать определенные трудности для политического руководства государства-агрессора. Мало кто захочет иметь дело с «этими безумными».

В общем, в который раз повторю, оборона «либертарианского общества» будет строиться не на количестве танков и авианосцев, а на возможности нанести политически неприемлемый  ущерб. Юридическое преследование каждого бойца армии государства-агрессора будет одним из факторов такого ущерба.

Кстати, командор Ваймс из фантастического романа Пратчетта показывает нам пример правильного подхода к проблеме. Арестовать две армии ему удалось потому, что в палатке, где обедали командующие, только у него одного был арбалет. Ваймс атаковал бенефициаров конфликта и добился результата. Вы спросите, почему же так не поступают в реальной жизни? Причина проста, но в нее трудно поверить. Состоит она в том, что для тех, кто принимает решения, это просто не нужно. Война — это взаимоотношение фикций. В реальности же у  искусственных человеков нет жизни, нет тела, нет имущества. Они распоряжаются чужими телами, чужими жизнями и чужим имуществом, не говоря уже о том, что любая война — это усиление их власти, ну и небольшой заработок, конечно, тоже нельзя сбрасывать со счетов. Поэтому нет никаких стимулов напрягаться.

Оценка материала:

5.00 / 11
Просто арестуйте их всех 5.00 5 11
Колонки / Владимир Золотoрев
31.08.2016 107712
comments powered by Disqus
Еще колонки: Владимир Золотoрев
  • Логика пятен или Покажите, где же это ваше “без государства” Логика пятен или Покажите, где же это ваше “без государства”

    Эта колонка — своего рода короткая памятка для тех, кого волнует (или кому задают) вопрос «покажите, где есть территории без государства». Подразумевается, что таких территорий нет, и потому, без государства нельзя. Более того, подразумевается, что такого никогда и не было, и, как завещал Гоббс, люди от состояния первобытной войны всех против всех, перешли в состояние государства и начали, наконец-то процветать. 

  • Кто и почему должен уезжать, если ему здесь не нравится Кто и почему должен уезжать, если ему здесь не нравится

    Думаю, многие слышали (и в свой адрес тоже) фразу вроде «не нравится — уезжай!» Ее произносят по разным поводам, мы поговорим о том случае, когда она идет в ответ на критику государства. То есть, вы говорите, что государство плохое, а вам в ответ - «не нравится — уезжай!»

  • В чем польза Трампа, или Когда ваши кудри примелькаются В чем польза Трампа, или Когда ваши кудри примелькаются

    С большим интересом наблюдал за реакцией нашей прогрессивной общественности на неожиданную с ее точки зрения атаку США на сирийскую авиабазу. Многие комментаторы, что называется, переобулись в воздухе, но некоторые продолжают упорствовать, утверждая, что все это Трамп сделал специально, чтобы мы поверили, что он теперь против русских, а на самом-то деле, он за... В общем, думаю, уже скоро мы дойдем до уровня, когда история о том, как кролик сам себе откусил голову, будет выглядеть логично и правдиво.

  • Когда же это все закончится или Захват вместо реформ Когда же это все закончится или Захват вместо реформ

    Недавно я готовил материал о теневой экономике в СССР и обнаружил удивительное совпадение процессов, происходивших в этой стране с тем, что описывает Эрнандо де Сото в двух своих книжках. Я как раз недавно перечитал их и мне кажется, что огромный материал, собранный де Сото, ясно говорит о том, что те страны, которые мы считаем развитыми, стали такими потому, что в них «победила» теневая экономика . Сам де Сото своими книгами преследует другие цели, его выводы — это рекомендация правительствам максимально легализовать тень. Я же никаких рекомендаций не делаю, я просто констатирую тот факт, что исследования де Сото прошлого «развитых» стран и настоящего «недоразвитых» однозначно указывают на то, что, мотор экономического развития находился и находится (в случае недоразвитых) в тени.

  • Бесчеловечная идея «борьбы с неравенством» и как с ней бороться Бесчеловечная идея «борьбы с неравенством» и как с ней бороться

    В последнее время все более популярной у нас становится идея «борьбы с неравенством». Точнее, это такой «мировой тренд», который наиболее ярко проявился на Западе в популярной книжке Пикетти  и в кампании Берни Сандерса. Еще точнее, это очередное пришествие, очередная мода на старую и добрую идею, которая живет уже многие века в самых разных формах. Суть ее сводится к тому, что нужно ограбить (или как-то еще ущемить) одних в пользу других, поскольку эти другие — хитренькие Буратины и слишком хорошо живут. «Борьба с неравенством» предстает в разных формах — от идеи того, что все должны быть одинаковы (на практике, которую демонстрирует нам, например, «гендерная политика» и феминизм, одинаковость означает привилегии) до более простой и откровенной идеи о «равном распределении доходов».