31.10.2016 11277

Декларации ошибок

История с электронными декларациями – одна из самых забавных иллюстраций того непонимания, которое существует между западными кредиторами Украины и украинским обществом.

Кредиторы были убеждены, что заполнение украинскими чиновниками электронных деклараций упрочит доверие общества к власти и поможет борьбе с коррупцией. На практике произошло нечто совершенно противоположное. Никакого умиления оттого, что украинские чиновники обнародовали свои сбережения и объекты собственности, в обществе не наблюдается. Напротив, наблюдается сильнейшее раздражение по самым разным поводам – от резонных вопросов к тем профессиональных чиновникам, которые ни одного дня не работали в бизнесе, «откуда дровишки» - до возмущения тем, что эстетический и этический идеал украинского государственного деятеля полностью соответствует той модели успеха, которая культировалась в украинском обществе до Майдана 2013-2014 годов. Если кто забыл, тут в 2010 году большинство избирателей вообще голосовало за рецидивиста, и это была единственная такая страна в Европе.

Но самое интересное – это даже не вопрос общественного недоверия, тем более, что мы наблюдаем его в основном в социальных сетях, а их обитатели похожи на остальную часть населения примерно так же, как балетный танец похож на удалую пляску на сельской свадьбе. Самое интересное – что электронные декларации стали, по сути, первым элементом легализации собственности для ограниченного числа граждан – в то время, как все остальные так и остаются потенциальными уголовниками, взяточниками и взяткодателями. Государственная служба оказалась неожиданной привилегией, позволяющей писать доходы «на вырост», одалживать их у знакомых, друзей и родственников – и при этом выглядеть образчиком честности. Но и это еще не все.

Самая большая проблема, связанная с электронным декларированием, – это то, что оно было внедрено в жизнь еще до полноценной судебной реформы и реформы правоохранительной системы, до появления независимых судов и Генеральной прокуратуры. Причем, теперь у меня есть серьезные сомнения, что эта реформа на самом деле произойдет – а если произойдет, то не будет ли она иметь косметический характер. Потому что обнародование подобной информации, при условии существования контролируемой Генеральной прокуратуры, интегрированных в систему антикоррупционных институций и коррумпированной судебной системы, открывает такие возможности для избирательного правосудия, которые нам не снились в самых смелых снах. Это будет действительно совсем другая Украина. Не Украина Януковича. Но и не Украина Порошенко. А Украина нашего собственного Виктора Орбана. Это в лучшем случае. В худшем мы уже через несколько лет увидим Украину Уго Чавеса.

portnikov

Виталий
Портников

украинский и российский журналист, публицист, обозреватель, политолог.

Лауреат премии Союза Журналистов Украины «Золотое перо» (1989), номинировался также в категории «Журналист года» в ежегодном конкурсе «Человек года», проходящем в Украине.

У украинской политической элиты теперь нет никакого другого выхода, кроме как сплотиться вокруг лидера, который будет провозглашать приятные для населения лозунги и одновременно окажется способен сохранить хорошие отношения с Западом. Первые же показательные проверки подлинности электронных деклараций убедят в этом тех, кто еще не понял. Такой лидер станет не только защитником народных масс, но и гарантом безопасности всех своих многочисленных соратников – а формально побежденная коррупция приобретет государственно одобряемый характер и будет акцептироваться в Брюсселе. И если Петр Порошенко не захочет – или не сможет – стать таким лидером, то им неизбежно станет его преемник на посту президента страны.

Украинскую демократию сейчас может спасти только свойственная нашим политикам неспособность к созданию единого центра власти и привычная нелюбовь общества к любому, кто оказывается наверху. В этом случае все же возможно, что Украина пойдет не по популистскому пути Венесуэлы и не по пути Венгрии с ее вождем, авторитаризмом и контролируемым политическим классом и обществом, а по пути соседней Румынии – проще говоря, у нас будут два конкурирующих центра власти одновременно, в президентской администрации и правительстве, и каждый из центров будет стараться скомпрометировать и посадить как можно больше сторонников оппонента. Эти посадки, отсидки, импичменты и возвращения во власть могут сопровождаться при этом реальными изменениями в самой ткани государства – но вряд ли скажутся на эффективности правоохранительной и  судебной систем, так как каждый клан будет заинтересован в их управляемости.

Словом, самим украинцам решать, что выбрать – авторитарную стабильность или клановую конкуренцию. Хотя, как это уже не раз бывало, свое решение за нас может принять сама история.

Оценка материала:

5.00 / 1
Декларации ошибок 5.00 5 1
Колонки / Виталий Портников
31.10.2016 11277
Еще колонки: Виталий Портников
  • Умер Бжезинский: это был прирожденный антикоммунист, но страшно умный Умер Бжезинский: это был прирожденный антикоммунист, но страшно умный

    Политолог Виктор Небоженко: Последний раз я с встречался с Збигневым Бжезинским в Вашингтоне 15 лет назад. Он уже тогда был безнадежно старым. Но встречи с украинской делегацией проводил довольно энергично и жестко. Он лучше всех понимал Украину в Вашингтоне и хорошо знал ее проблемы и риски, но тогда тон задавала наша украинская диаспора, которая плотно заселилась в Госдепе и в СМИ и общественном мнении США. А он уже был довольно стар и не при власти.

  • «Конец терпимости»: будет ли война на Дальнем Востоке «Конец терпимости»: будет ли война на Дальнем Востоке

    Президент Соединенных Штатов Дональд Трамп жестко высказывается о северокорейском лидере Ким Чен Ыне в своем микроблоге, государственный секретарь США Рекс Тиллерсон говорит о «конце терпимости» по отношению к КНДР. В Европе не очень хорошо понимают, какую обеспокоенность вызывают действия северокорейского руководства в Вашингтоне и – в особенности – в Токио и Сеуле. Если основатель КНДР Ким Ир Сен воспринимался как классический коммунистический диктатор, с которым можно было найти общий язык с точки зрения обеспечения безопасности соседей, то его наследники обнаруживают все большие признаки политической невменяемости. И внук, Ким Чен Ын, представляется куда более опасной фигурой, чем его отец Ким Чен Ир. Никто не знает, что он выкинет завтра, не устроит ли настоящую ядерную бомбардировку и понимает ли подлинный вес своей страны в мире. То, что для бывшего офицера Советской Армии Ким Ир Сена было лишь красивой декорацией для поддержания собственного авторитета, для его внука, похоже, стало реальностью. Если бы вы были японцем или жителем Южной Кореи, вы вряд ли были бы рады соседству с умалишенным. И, конечно, апеллировали бы к США.

  • Контракт аннулирован: почему бунтуют белорусы Контракт аннулирован: почему бунтуют белорусы

    География белорусских митингов протеста против нелепого декрета президента Александра Лукашенко расширяется. Если первые митинги прошли в Минске и областных центрах страны, то в минувшее воскресенье можно было наблюдать протесты в таких городах, как Орша или Рогачев. Меняется и отношение к происходящему власти. Если в дни первых митингов власть демонстрировала нарочитую толерантность к протестующим - в первую очередь из-за социальной, а не политической направленности возмущения - то теперь милиция неистовствовала, а Лукашенко потребовал от сотрудников местного КГБ (да, белорусская спецслужба все ещё называется этой зловещей аббревиатурой) действовать на упреждение.

  • Ползучая аннексия Донбасса. Чем опасны для Украины путинские паспорта ОДРЛО Ползучая аннексия Донбасса. Чем опасны для Украины путинские паспорта ОДРЛО

    Российский президент Владимир Путин приступил к следующему этапу «освоения» захваченных у Украины территорий.

  • Марш Немцова: Мы отдали Россию негодяям Марш Немцова: Мы отдали Россию негодяям

    Вторая годовщина гибели Бориса Немцова показала, что оппозиция в России - пусть и не очень многочисленная - никуда не делась, что люди не боятся выходить на улицу, причем с самыми жесткими и бескомпромиссными лозунгами, вплоть до личных обвинений в адрес Владимира Путина в развязывании войны.