НОВОСТИ ДНЯ: Аваков: задержанные по делу Геращенко причастны к ряду убийств  Медведев: России надо расстаться с иллюзиями о снятии санкций  Нардеп, на которого готовили покушение - Антон Геращенко  Лидеры популистов Европы собрали съезд для обсуждения развала ЕС  Оппоблок на грани раскола. Бойко опровергает  Украина хочет получить от МВФ еще 8 траншей на 9,9 миллиарда долларов  В Минобороны рассказали, в каких случаях возможна мобилизациявсе новости дня
Кабинет директора
Вечерняя водка
20.11.2016 7201

Тупик, или Майдан, стой, раз-два!

Третья годовщина Майдана – это, конечно, дата. На первую все еще свежо и на ходу, день простоять, ночь продержаться. Вторая уже позволяет осмотреться, задуматься, но рука еще сомневается, ставить ли точку над і. А на третью уже нет никаких оправданий, если выводы не сделаны.

Так вот, на третью годовщину Майдана невооруженными глазами и ушами видно и слышно, как власть пытается препятствовать, противодействовать Майдану. Нет, конечно, тот Майдан, которого сейчас пытаются не допустить, это не тот Майдан, который их привел к власти, хотя и он, крайне недовольный, тоже. Безусловно, это понятная позиция, и когда Борис Ложкин говорит, что нельзя допустить, чтобы улица меняла власть, он рассуждает абсолютно верно с точки зрения того, кто эту власть представляет. Но  еще совсем недавно даже такая фраза была бы невозможна в украинском политическом дискурсе, где Майдан – всё, а его сцена, как мы хорошо помним, почти ничто. А сейчас – запросто. И даже чисто позаимствованный из путинской России призыв-предостережение «Не надо раскачивать лодку» запросто идет в ход, будто и не помнят, что Болотная придумала его продолжение: «…Потому что крысу тошнит».

Из наступательного, как того требовал революционный порыв, постмайданый режим превратился в охранительный. Доминирует установка «как бы чего не вышло», замаскированная по издевательское «а то Путин нападет». Нынче считаются опасными не только идеи смены власти улицей, но и на досрочные выборы смотрят как на российскую танковую колонну на Крещатике. Короче, власть убедительно просит ее не трогать хотя бы до конца отведенного срока. К сожалению, убедительно она только просит.

Да ее бы и не трогали, конечно, если бы сколько-то ей доверяли, но доверие было пущено на ветер.  Где-то это было неизбежно, а нередко власть приложила к этому заметные усилия и даже упорство, которое заслуживало лучшего применения. Теперь приходится хвататься за рычаги управления крепче: когда контроль ускользает, растет стремление его увеличить, что в свою очередь является свидетельством слабости власти и ведет к ее дальнейшему ослаблению. Это как при гололедице, когда заносит машину, не рекомендуется крутить руль в противоположную заносу сторону, хотя инстинкты подсказывают поступать именно так.

Охранительная установка вынуждает сосредотачиваться на оппонентах: не допустить их свободной игры. И в какой-то момент не дать играть другим, что само по себе абсолютно естественное политическое стремление, превращается в единственную цель собственной игры, а власть перестает быть средством движения вперед, перемещения в какое-то вымечтанное будущее. Такая власть нужна держащим, чтобы ее продолжать держать. Динамика пропадает, остается судорожная статика. Во всех видятся враги и недоброжелатели. Как сказал какой-то умный человек, если твой единственный инструмент – грабли, то все вокруг выглядит похожим на твой лоб.

Отсюда и нынешний политический тупик: чтобы наступать, нужно доверие, но доверие появится только тогда, когда власть будет решительно и убедительно наступать. И в то, что наступать когда-то будет именно власть нынешняя, уже практически никто не верит, а она сама не хочет и уже практически боится. И это власть, пришедшая волей тех, кто отказался бояться.

Поэтому не так и неправ Демальянс, когда заявляет, что Петру Порошенко надо бы отказаться от планов на второй срок. Другое дело, что в устах уже не очень новой политической силы, если это сила, такие заявления выглядят как странная попытка облегчить себе жизнь, раздавая рекомендации препятствиям на своем пути подвинуться, вместо того, чтобы их отодвигать к чертовой матери.

А выпьем давайте за то, чтобы на четвертую годовщину Майдана не пришлось писать: таки не получилось, простите нас, ребята.

Налил и немедленно выпил – Леонид Швец

Оценка материала:

4.89 / 9
Тупик, или Майдан, стой, раз-два! 4.89 5 9
Кабинет директора / Вечерняя водка
20.11.2016 7201
comments powered by Disqus
Еще материалы раздела «Вечерняя водка»
  • Трамп попал, или Хорошо, что Петр Трамп попал, или Хорошо, что Петр

    Нэнси Синатра стерла свой твит и утверждает, что ничего такого не писала, но первая ее реакция на выбор отцовской песни ‘My Way’  в качестве мелодии для президентского танца Мелани и Дональда Трампов на инаугурационном балу была такая: «Не забудьте первые строчки». Первые строчки в знаменитой песне Фрэнка Синатры: “And now, the end is near…” – «Сейчас, в конце пути…».

  • Как стать миллионером, или Человек, который не видел Трампа Как стать миллионером, или Человек, который не видел Трампа

    Чарльз Фини счастливый человек. В то время как другие полны тревог и ломают голову, что им принесет 2017 год, Фини знает, что в этом году завершит дело своей жизни: его благотворительный фонд Atlantic Philanthropies потратит последние средства и прекратит свое существование. Таково было давнее желание бывшего миллиардера – потратить все заработанное на доброе дело.

    Вечерняя водка 15.01.2017 3956
  • Тонкие русские люди, или Вежливое расчеловечивание Тонкие русские люди, или Вежливое расчеловечивание

    Который раз жизнь и ее подружка смерть подбрасывают сюжет, грешащий какой-то подчеркнутой литературщиной и богатый на смыслы и интерпретации. Гибель Ту-154 министерства обороны России вышла за рамки рядовой авиационной катастрофы. Все было бы проще, если бы в самолете летели обыкновенные военные, летевшие в Сирию убивать и рисковавшие быть убитыми. Но пассажирами были артисты, журналисты и знаменитая доктор Лиза. Лиза Глинка вообще была не о гибели, а о спасении.

    Вечерняя водка 25.12.2016 16137
  • Обидеть журналиста, или Варшава против Качиньского Обидеть журналиста, или Варшава против Качиньского

    Не знаю, какому умнику пришла в голову идея ограничить доступ журналистов в польский парламент.  Если сейчас здание сейма практически открыто для работников СМИ, то по новым правилам аккредитация будет выдаваться лишь отдельным парламентским корреспондентам, и лишь пять телеканалов смогут на постоянной основе освещать народных избранников. Никаких журналистов, снующих по сейму и пристающих с неудобными вопросами к парламентариям: только первый этаж и общение в специальном пресс-центре.

    Вечерняя водка 18.12.2016 1681
  • Что такое «мы», или В поисках тональности Что такое «мы», или В поисках тональности

    В субботу произошло два выдающихся культурных события. Посол Соединенных Штатов в Швеции Азита Раджи зачитала Нобелевскому комитету письмо Боба Дилана, не приехавшего на вручение премии. А Иосиф Кобзон на концерте в Москве по поводу двадцатилетия  донбасского землячества посвятил одну из своих песен Мотороле.

    Вечерняя водка 11.12.2016 2185