Ось вшанування Дня пам’яті і примирення (8 травня) і Дня Перемоги (9 травня) й за нами. Вперше Україна настільки масштабно відзначала річницю перемоги у Другій світовій війні разом з Європою (не завершення, а саме перемоги, адже та війна тривала ще до вересня 1945-го). Приурочені цій події урочистості були своєрідним тестом для нової влади, адже це чи не перший справді величезний гуманітарний проект, що втілюється в Україні після Євромайдану.

Майские праздники достигли своего экватора, определяя ленивый характер происходящих процессов на фондовых рынках. Хотя все относительно, и если украинские инвест-банкиры, или то, что от них осталось, пользуясь случаем отключили мониторы и сажают картошку (лишь отдельные индивиды в этом году решились отправиться в далекие страны, причем некоторые вынуждены возвращаться вместе с человеком-шкиряком), то в мире все, немного отдохнув 1-го мая, вернулись к трудам праведным. И не очень. И там точно все идет не по плану.

Новость о том, что ГАИ будет действовать в рамках «презумпции правоты полицейского», взбудоражила прогрессивную и не очень общественность. Общественность негодует, ей не нравится, что «мент всегда прав». Общественность собирается с этим бороться и обсуждает, как это лучше сделать. Это все правильно и хорошо, а мы в этой колонке поговорим немного о другом, а именно о том, что открывает нам эта история в бытии «государства и права».

В этой истории и есть вся чрезвычайность ситуации для современной Украины! А чё, мы ж не ищем легких путей. Вместо того, чтобы вывезти чуть более сотни наших сограждан коммерческими рейсами, МЧС отправляет неисправный борт, который ломается и ставится "на якорь" в Дели. И ничего, что час простоя на стоянке в аэропорту Дели поломанного Ил 76 обходится около 500$, что равняется 150 000 грн/сутки. Стоит с утра пятницы.

Известный блоггер Александр Флинт, живущий в Нью-Йорке, написал обращение к русским патриотам.

Еще раз на тему ‪#‎фирташгейт скажу как юрист, имевший большой опыт западных споров. Уж кого, кого, а меня, одного из главных героев "разоблачительных" сюжетов телеканала "Интер", в симпатиях к Фирташу и Левочкину заподозрить трудно. Поэтому постараюсь кратко пояснить суть происходящего скандала. При этом, имена намеренно называть не буду, потому что некоторые уже начали обвинять меня в постоянной травле определенных политиков. 

100 дней пребывания у власти коалиционного правительства левацкой коалиции СИРИЗА и правых популистов не стали главной новостью для мировых СМИ – разве что коммунистические и близкие к ним СМИ в странах Европы отметили юбилей хвалебными текстами в адрес Алексиса Ципраса и его соратников. Между тем, эти 100 дней – важный урок и для Европейского Союза, и для нас с вами. Урок, свидетельствующий о том, что авантюристы совсем не обязательно притворяются безответственными популистами, чтобы получить власть. Нередко они на самом деле являются тем, за кого себя выдают.

Колись я читав книжку «Наполеон і його коханки» і ніяк не міг повірити, що полководець і справді покидав військо під час битви, щоб сховатися в лісочку поблизу й писати любовні листи. Війна здавалася мені тотальною, масовою машиною, що перемелює всіх. А тепер я знаю, що вона дивна й різна, а смерть приходить часом і в формі банки з медом.

Начиная с викингов, государство на наших землях всегда  было внешним и откровенно захватническим институтом. Не говоря уже о том, что были времена, когда его толком здесь и не было, а люди все равно жили. За последние 20 лет государство так и не стало украинцам своим и полезным, иначе разве стало бы оно во время войны разоружать добровольцев и мешать волонтерам.

После шахтерских протестов в Киеве тема вовлеченности Рината Ахметова в процесс давления на украинскую власть прочно вытеснила в нашем сознании саму необходимость реформы угольной отрасли. Так, собственно, бывало всегда – всякий раз, когда “угольные короли” Донбасса выводили на киевские улицы шахтеров, в украинской столице думали, как договориться с хозяевами шахт и региона. Сейчас, возможно, речь пойдет не о договоренностях, а о минимизации влияния Ахметова. Но от этого проблемы угольной отрасли не разрешатся. Они вообще не разрешатся, если мы не отдадим себе отчет в том, что являемся заложниками этих проблем.