Павел Казарин: Ночь в николаевском отеле «Ингул» стоит 493 гривны. Правда самого отеля нет. Еще в марте русские сбросили на него авиабомбы. Букинг по инерции предлагает мне там поселиться, обещая 10-процентную скидку и крытый бассейн. Сервисы мирного времени не успевают за военным положением. В прифронтовом Николаеве в отели лучше предварительно звонить. Многие не работают, а те, что остались – предлагают жилье и канистру воды. В городе нет водоснабжения, а потому здесь нет и случайных людей. Либо местные, либо те, кто по делу. Мы из последних.

Юрий Романенко: Дмитрий Кулеба заявил, что Украина будет настаивать на возврате всей территории, которую оккупировала Россия. Это важное изменение акцентов Украиной, поскольку до этого Украина была готова вести переговоры с Россией относительно компромиссного варианта выхода из войны.

Алексей Копытько: Жизнь после 9 мая. В чём суть момента? В конце февраля – начале марта завершилась первая условная фаза войны. На этот период у россиян и западных партнёров были ожидания (что Украина падёт). Ожидания не оправдались. Началась вторая условная фаза – «до 9 мая», когда были сформулированы новые ожидания: Россия добьётся какого-то результата, после чего возможны некие переговоры и какой-то путь к снижению эскалации и договорённостям. Опять не оправдалось. Путин не смог предъявить россиянам вообще ничего.

Константин Машовец: Честно сказать, я не ожидал, что ВКС РФ пустять в ход КРВБ типа Х-22 (зафиксировано, по крайней мере 3 таких прилёта в Одесской области). Предназначается для поражения радиолокационно-контрастных точечных (авианосцы) и площадных целей (авианосных ударных групп) с помощью специальной (ядерной) или фугасно-кумулятивной БЧ. Это уже что-то из ряда вон выходящее...

Игорь Тышкевич: В Москве прошёл "парад Победы". Учитывая фактор войны в Украине, данное действо многие ожидали с опаской. Выступления Путина на таких мероприятиях иногда содержат программные тезисы, сама дата 9 мая является сакральной отметкой для российской пропаганды.

Ростислав Семків: У нас може складатися хибне враження, що час тягнеться, а нам нічого не вдається. Сьогоднішній звіт Тома Купера доводить, що це в росіян нічого не вдається. Ну й трохи куперівського сарказму – як же без нього.

Константин Машовец: В Приднестровском регионе республики Молдова продолжает обостряться оперативная ситуация. Подразделения оперативной группы российских войск (ОГРВ) продолжают пребывать в боевой готовности "ПОЛНАЯ". В свою очередь, вооружённые формирования так называемой "пмр", перешли на несение службы в режиме боевой готовности "УСИЛЕННАЯ".

Карл Волох: Перед тим, як я поясню вам ситуацію навколо скандалу Росія-Ізраїль (котру, здається, в нас мало хто розуміє), нагадаю аксіому: воювати з Путіним не хоче ніхто й усі країни намагаються уникнути прямого військового протистояння з агресивним психічно неврівноваженим ядерним монстром. Задля ілюстрації, згадайте ситуацію з літаками, котрі нам уже мали передати понад місяць тому. Навіть рішучі й мужні брати-поляки, навіть дружні й надпотужні американці дали задню, бо побоялися, що це призведе до прямого силового зіткнення з Росією. Що вже казати про інших...

Ростислав Семків: Другий експерт, матеріали якого ми вирішили регулярно публікувати – Ерік Белоу – є американським військовим. Через те що американський – його погляд глобальніший, ніж у Тома Купера, а що військовий, то його наратив не такий плавний, як виклад австрійського журналіста і письменника. В будь-якому разі – побачити його очима корисно.

Юрий Христензен: Российские соцопросы дают примерно одну цифру – около 80% россиян поддерживают "специальную операцию" в Украине. Тогда почему при такой поддержке блокируют соцсети? Зачем призывают на помощь бога и президента? И почему до сих пор не объявили мобилизацию и не победили всех бусурман?