Зараз про це вже, мабуть, ніхто й не пам'ятає, але після історичної зустрічі в Парижі між Зеленським і Путіним в рамках "нормандського формату", сторони прийшли до цілого ряду домовленостей, які мали б стабілізувати ситуацію на Донбасі. А згодом привести й до повного врегулювання конфлікту. Тоді ж сторони запевнили, що зустрінуться знову через чотири місяці, щоб продовжити плідну роботу.

Алексей Давиденко, бизнесмен, блогер: Посмотрел расследование Бигуса как в карантин работает ресторан ближайшего соратника Зеленского – депутата Слуги Народа Николая Тищенко. Какие же вы Уроды!

Уявіть, що в вас взяли гроші в борг на тиждень. Через тиждень сказали, що ще через тиждень, а за тиждень, що ще за тиждень... І так раз 5. Правда, в цей момент ви вже починаєте відчувати не дуже позитивні емоції до того, хто так робить?

Андрей Волянский, доктор медицинских наук: Пик переносят уже в третий раз. Не понятно только, что они считают пиком. Судя из графика прироста новых инфицированных, экспоненциальная фаза уже закончилась. Заболело огромное количество медработников. Не смогли обеспечить ИСЗ, не смогли повсеместно внедрить алгоритм их применения. Очень мало тестируем – около 70 тысяч.

В дискуссиях по поводу необходимости локдауна сторонники домашнего ареста и разрушения экономики постоянно задают вопрос “так что же теперь ничего не делать”? (Мы уже как-то обсуждали эту тему, но в другом контексте). Этот вопрос очень показателен сам по себе, безотносительно к тематике обсуждения. Он почти всегда возникает у сторонников государственного регулирования вне зависимости от того, о чем идет речь.

Александр Кочетков, политтехнолог: Если в столице не приключится ничего экстремально скверного, то Виталий Кличко выйдет из карантина электорально неуязвимым.

Сергей Гащак, сотрудник международной радиоэкологической лаборатории Чернобыльского центра: Уже очевидно, что пожары 2020 года имеют беспрецедентные масштабы и катастрофические последствия для экосистем зоны отчуждения. Но и по происшествии почти трех недель непрекращающегося кошмара, это вызывает все то же удивление. Тем не менее, катастрофа была предсказуема.

Андрей Волянский, доктор медицинских наук: На сегодняшний день в 20 странах мира зафиксировано более 500 летальных исходов, связанных с covid-19. Это 5 азиатских, 4 американских и 11 европейских стран. Почему так сильно страдает Европа? И более конкретно: Евросоюз?

1. Последние исследования из Стэнфорда показали, что реальный уровень летальности от коранавируса составляет всего 0,12–0,2%.

Паника вокруг нового коронавируса, созданная соцсетями и СМИ, дала государствам повод расширить свою власть. Государства немедленно воспользовались этой возможностью. То, как они это сделали, вызвало у многих удивление и недоумение. В этой колонке я попытаюсь объяснить почему государства действуют именно так.